Янв 312016
 

Наталья Крофтс: НА КРАСНОМ

Разрыв. Фигурка схватится за бок –
живой лубок.
Час новостей. Адреналин. Игра.
Ты щелкнешь кнопкой – и конец. Нет ран,
потери, смерти, зла… Застынет крик.
Ты – в домике. В скафандре. Ты – внутри.


Замри.
Замри. Ни с места. Стой, нельзя наружу –
за рамки, за обложку, из себя –
к соседям, соплеменникам, со-душам –
задушат.
Ты – мишень. Рога трубят.
Охота. Крестный ход на абордаж,
на брата, на врага, на тот этаж,
где нагло распускаются герани –
цвет мяса в ране.
Где ты уже – игрушка на экране.
Ты раб. Под рьяный рев других рабов
на солнечной арене Колизея
ты умираешь. Вопль – и мы глазеем
на красное на острие зубов.
Агония. И гонка – мчатся снимки
в Facebook, диктует Canon свой канон:
у трупа, у меча, со львом в обнимку.
И лают «лайки»: кадры – как в кино,
где даже смерть кошмарная – прекрасна,
где люди растворяются на красном –
заката, крови. Жажда на губах –
адреналина! – зрелищ, твиттов, хлеба,
убойных кадров: нас на фоне неба –
красивых,
молодых,
в гробах.

* * *

Новое стихотворение Натальи Крофтс вполне тянет на сенсацию. Со знаком плюс. Так еще никто не писал о современности, о точках соприкосновения виртуального с реальным. И телевидение, хотя оно у нас давно, и мы не связываем его с Интернетом, тоже превратилось в своего рода «реальность наоборот». Особенно в век тотальной всеобманывающей пропаганды. Стихотворение «На красном» страшное по своей сути и очень глубокое по своей философии. Оно разграничивает человека как «вещь в себе» и человека – зрителя чужих страданий. Что-то нездоровое есть в том, что просмотр новостей стал для многих людей видом адреналина. Это немного похоже на систему «жертва – палач». Сегодня ты смотришь на чужое горе на экране, а завтра это горе может оказаться с тобой, и уже другие будут бесстрастно наблюдать за тобой на экране.
Стихи Натальи Крофтс точно отражают современный мир с его коллизиями; эти стихи не могли быть написаны до наступления «интерактивной» эры. И потому это, конечно, «новая» поэзия, которая делает первые попытки осмыслить быстро меняющийся мир. Я допускаю, что первоначальный теле-адреналин имел оттенок сострадания. Но сострадание быстро переходит в негодование, ярость и другие, менее респектабельные эмоции. А порой сострадание и ярость в телезрителе – почти синхронны. Сейчас можно даже «дозировать» телеотраву. Но это спасает только на некоторое время – агрессивность окружающего мира настолько зашкаливает сегодня, что отдельно взятому человеку трудно «отстоять» себя в оппозиции миру.
Стихи Натальи Крофтс органично соединяют историчность и современность, не случайно гладиаторские бои в еще не разрушенном землетрясениями Колизее выступают прямой параллелью с современными событиями. В сущности, за это время мало что изменилось. Потому что мало изменились сами люди. В каждом человеке – потухший, но денно и нощно действующий вулкан агрессии, доставшийся нам по наследству от наших первобытных предков. Получается двусмысленность: с одной стороны, в человека можно и нужно верить. С другой, ни на секунду нельзя забывать о его агрессивной природе, которая может быть глубоко спрятанной в ожидании своего часа. Тем не менее, надо понимать, что основной источник агрессии сейчас не люди, а государства. Сатанинская гордыня государств ссорит между собой представителей различных народов, даже если они не поддерживают действия своего государства. Государства же и будят в людях агрессию и нетерпимость.
Правда в стихотворении Натальи Крофтс обнажена до гротеска, до абсурда, который неожиданно оказывается новой, неожиданной реальностью. Кто не наблюдал «лайки» на Фейсбуке, когда речь шла о гибели людей? Стихи Крофтс хороши тем, что их нельзя пересказать; это сгусток эмоций очень умного человека. В конечном итоге, «на выходе», мы имеем вот что: черный квадрат Малевича не так страшен, как красный квадрат Натальи Крофтс. Лирика Натальи Крофтс разрывает хорошо обжитое индивидуумом пространство. Точнее, разрывает это пространство сама жизнь, а лирика только констатирует разрыв.
Мало того, что мы постоянно находимся в стрессовом состоянии из-за политических новостей и страха терактов, мы еще и теряем духовность, теряем искусство. Искусство просто не может конкурировать с политикой на данный момент, даже если станет творить на злобу дня. Люди все равно будут пялиться в ящик, этот «красный квадрат» – ради эмоций, сопереживания и взвинчивания своей вовлеченности.

Ноябрь 2015

avatar

Александр Карпенко

Александр Карпенко родился в Советском Союзе, почти синхронно с полётом первого человека в космос. В этом же году был послан матерью, Ольгой Яковлевной, в космос своей души. Родился 13-го числа и начал писать стихи в 13 лет. Служил в Афганистане военным переводчиком. Начиная с 1984 года, печатался в журналах «Москва», «Юность», «Молодая гвардия», «Студенческий меридиан», «Литературная учёба», «Студенческий меридиан», Дети Ра", "Зинзивер", "Крещатик", День и ночь" и др.

More Posts - Website - Facebook

Оставьте комментарий